Израильские больницы не принимают медицинских туристов с 10.03.2020 и до новых распоряжений министерства здравоохранения Израиля. В случаях, когда требуется экстренное лечение для спасения жизни, министерская комиссия может предоставить специальное разрешение на въезд в Израиль.


Долгосрочные последствия ковида: какими они бывают и как с ними справляются

hadassah-on-call-podcast-covids-long-term-health-impact-page.jpg

Сегодня мы публикуем интервью с главой отделения пульмонологии «Хадассы», доктором Невиллом Беркманом. Недавно он возглавил клинику, где занимаются последствиями коронавируса. Д-р Бергман – один из ведущих экспертов в области пульмонологии в Израиле, автор более 100 научных статей, член Израильского общества пульмонологов, Американского торакального общества и Европейского респираторного общества. Он рассказал, как в «Хадассе» справляются с долгосрочными последствиями перенесенного ковида. 

Интервью проводил Беньямин Коэн в рамках подкаста «Hadassah On Call».

Беньямин Коэн: Расскажите пожалуйста, почему вы, практикующий пульмонолог, решили взять на себя руководство клиникой? 

Д-р Невилл Беркман: Для всех нас [врачей «Хадассы»] ковид – сложная, но уникальная и интересная задача. Насколько я знаю, в разных странах одна и та же картина: люди не просто болеют, а потом обо всем забывают. Все чаще мы видим, что пациенты выздоравливают после острой фазы, а затем у них появляются проблемы и симптомы, которые сохраняются спустя несколько месяцев после болезни. Очевидно, что таким людям нужна медицинская помощь. Чаще всего к нам поступают с респираторными симптомами. По этой причине мы [врачи-пульмонологи] взяли на себя руководство клиникой. 

Есть и другие проблемы. Много жалоб на расстройства сна и настроения, а также нарушения памяти. Последствия COVID могут быть самыми разными. Мы направляем наших пациентов к кардиологам, неврологам. У нас междисциплинарная команда, есть нейропсихологи и специалисты по реабилитации. Мы такой перевалочный пункт – направляем пациентов к специалистам, которые могут им помочь. 

Беньямин Коэн: Давайте уточним – речь идет о пациентах, которые перенесли COVID-19 и страдают от долгосрочных осложнений - например, кашля и проблем с пищеварением? Вы еще упоминали неврологические проблемы и усталость. Я недавно читал об исследовании последствий ковида для психики, в частности памяти и концентрации. Кстати, какой термин лучше употреблять – побочные эффекты, постэффекты? 

Д-р Невилл Беркман: Да, мы наблюдаем все из перечисленного. Саму клинику мы называем «постковидной». Сейчас входит в употребление термин «долгий ковид», поскольку на самом деле это не пост-ковид: речь идет о симптомах и проблемах, которые тянутся со времени болезни. Мы работаем с пациентами, которые вышли из больницы больше месяца назад и имеют отрицательный вирусный статус. Обычно к нам поступают через 4-6 недель после острой фазы. У многих все еще присутствуют такие симптомы, как одышка и кашель. 

Беньямин Коэн: Эти проявления самого вируса? 

Д-р Невилл Беркман: Как и весь мир, мы еще многого не знаем об этом вирусе. Каждый день узнаем нечто новое и неожиданное. Какие-то проявления действительно напрямую связаны с вирусом - но не с острой инфекцией, а скорее с реакцией на нее иммунной системы. Но пока не понятно, это ошибочная или чрезмерная иммунная реакция. 

Беньямин Коэн: Вы упомянули, что клиника междисциплинарная. Занимаетесь ли вы психологическими последствиями болезни – психическими травмами, ПТСР? 

Д-р Невилл Беркман: Да, мы ждем таких пациентов и видим эти симптомы. Хотя ковидом болеет огромное количество людей во всем мире, вирус совершенно новый. Поэтому нам приходится полагаться на знания о похожих вирусах. Когда к нам поступают пациенты с острым респираторным дистресс-синдромом (ОРДС), разновидностью острой дыхательной недостаточности, мы знаем, что с этим делать, поскольку в этой области есть многолетний опыт. Также мы знакомы с заболеваниями, вызываемыми другими коронавирусами – MERS и SARS. Все они связаны с ПТСР, поэтому мы определенно ожидаем пациентов с похожими расстройствами. 

Беньямин Коэн: Расскажите, пожалуйста, о работе новой клиники при «Хадассе». Как происходит обращение? Лечение, в основном, амбулаторное?

Д-р Невилл Беркман: В основном к нам обращаются пациенты, которые были госпитализированы при COVID. Но и у тех, кто перенес болезнь дома, бывают пост-симптомы и осложнения. Просто мы предпочли в начале сосредоточиться на тех, кто ранее был госпитализирован. Похоже, что чем тяжелее изначальное заболевание, тем более вероятны негативные последствия, включая респираторные симптомы. Мы связываемся с такими пациентами и приглашаем на прием клинику, как правило, через 4-6 недель после госпитализации. Первичный прием ведет врач-пульмонолог, который оценивает общее состояние. Пациенты заполняют опросник по респираторным и другим симптомам. Также происходит оценка нейропсихологического состояния, ее проводит психолог или специалист по реабилитации. Не обязательно, что всем понадобится «полный пакет», но мы действуем по такой схеме. После этого мы назначаем пациенту прием у конкретного врача или говорим, что состояние улучшится само со временем. 

Беньямин Коэн: Отличаются ли последствия ковида в разных странах? 

Д-р Невилл Беркман: Я думаю, что ситуация везде примерно одна и та же. Мы все пытаемся выяснить, как помочь таким пациентам. Последствия, которые мы наблюдаем, довольно специфические – подобных не бывает после острого гриппа или острой пневмонии. После первой волны в марте мы не ожидали такого количества симптомов и осложнений. Но думаю, нам придется иметь с ними дело еще долгое время. Чем дольше существует заболевание, чем больше волн, тем больше будет явлений, с которыми медицинскому сообществу нужно будет справляться. 

Беньямин Коэн: Вы упомянули, что люди, у которых болезнь протекает тяжелее, переживают более тяжелые последствия. Речь идет о тех самых уязвимых группах? Пожилые, люди с хроническим диабетом – у них постэффекты длятся дольше? 

Д-р Невилл Беркман: Трудно сказать, потому что, к сожалению, многие из наиболее тяжелых пациентов погибают в острой фазе заболевания, или недееспособны, или им трудно приходить в клинику. Но, без сомнения, пациенты, у которых заболевание с большей вероятностью протекает тяжело и пациенты, которых мы принимаем – это уязвимые группы. Пациенты с проблемами сердца, диабетом, болезнями почек, хроническими заболеваниями легких сталкиваются с более тяжелыми симптомами, и именно их мы будем видеть в первую очередь в нашей клинике. 

Беньямин Коэн: Что нового вы узнали за время руководства клиникой? 

Д-р Невилл Беркман: Во-первых то, что доля пациентов, переживающих последствия COVID, очень велика. Медицинское сообщество должно признать это. Я думаю, крайне важно создавать междисциплинарные клиники для помощи таким пациентам.
Еще рано судить о том, сколько продлятся эти осложнения. Думаю, что многие тяжелые больные столкнутся с хроническими респираторными заболеваниями – астмо-подобными, легочным фиброзом. Мы пока не знаем, как долго это продлится и как лечить таких пациентов.

Также думаю важно, чтобы медицинское сообщество признало проблему – пациенты, перенесшие COVID, могут стать недееспособны, и надо думать, что делать с ними. Мы пробуем реабилитацию, восстановительную терапию. Мы не знаем, принесет ли на данном этапе пользу лекарственная терапия, витамины или особый рацион питания. Пока что мы движемся наугад и пробуем разные методы.


Врачи клиники

Все врачи


Позвоните нам по одному из номеров

Россия 8(499) 609-53-40 Украина 0(800) 503-743 Израиль +9722 560-9534 Эл. почта info@hds.org.il